Эдгар Дега. Эпизоды из жизни: Дега во мраке. — Импрессионизм
You Are Here: Home » Художники » Эдгар Дега. Эпизоды из жизни: Дега во мраке.

Эдгар Дега. Эпизоды из жизни: Дега во мраке.

Эдгар Дега. Эпизоды из жизни: Дега во мраке.

Эдгар Дега


Эпизоды из жизни:
Дега во мраке.


Эдгар Дега: коллекция


Эдгар Дега в домашнем электронном музее
(100 электронных альбомов великих художников,
включая импрессионистов)


Постеры картин Эдгара Дега


Эдгар Дега в музеях


Эдгар Дега: литература


Эдгар Дега: биография


Эпизоды из жизни: 1 2 3 4 5 6 7 8   


«Последние годы жизни Дега были бесконечно печальными. Почти полностью ослепшего художника поглотил горестный пессимизм, доминировавший в его характере на протяжении всей жизни. Не выходя в свет с момент окончания дела Дрейфуса, не занимаясь живописью и даже не имея возможности перебирать свои сокровища, с таким упорством собранные по распродажам, он аки лев рыкал на торговцев и коллекционеров, споря с ними по поводу работ, которые ему приглянулись:»Нет, вы не имеете никакого права!» — и целыми днями бродил по улицам. Иногда Дега заходил в какое-нибудь кафе передохнуть, выпить стакан теплого молока и послушать споры игроков бильярда. В широком поношенном плаще, позеленевшей фетровой шляпе, нахлобученной на всклокоченные седые волосы, и в черных очках слепца он походил на клошара.


1912 год оказался для Дега самым страшным. Его настигал удар за ударом; за полгода он потерял самых близких друзей, Алексиса и Анри Руаров, а тут еще домовладелец потребовал, чтобы он съехал с квартиры. В течение двадцати лет он сторожил свои сокровища в квартире на улице Виктор-Массе. Старый особняк был продан, и его собирались разрушить, чтобы на его месте построить современное здание.


Здесь в полной мере проявились его упрямство и отвратительный характер, которые сыграли значительную роль в этой катастрофе: это было куда большее несчастье, нежели то, которое постигло Дега после разорения братьев. Дом был выставлен на аукцион за 300 тысяч франков, Воллар посоветовал ему купить его: «Вам стоит лишь пожертвовать несколькими папками из своей коллекции, чтобы иметь эту сумму!» И услышал гневный ответ: «Разве художник может выбросить на ветер 300 тысяч франков?» Упрямец не желал ничего слышать, тем более что в течение долгого времени он постоянно ссорился с домовладельцем и посылал ему полные желчи и высокомерия записки.


В результате он должен был покинуть дом. Только тогда Дега осознал, что ему придется распрощаться со своим логовом, собрать вещички и куда-то их перевезти. Тут с него сошла вся спесь, и он оказался обыкновенным несчастным стариком, потерял голову, обезумел и на весь Париж заголосил о своем несчастье. Над ним сжалились, пришли на помощь, бегали по агентствам по найму жилья и опрашивали консьержек, чтобы найти квартиру без «современных удобств», которая вполне отвечала бы всем его требованиям: квартира должна была находиться неподалеку от площади Пигаль, быть достаточно просторной для размещения коллекции, дом должен был быть без лифта и центрального отопления. «Я ненавижу, — говорил он, — квартиры, в которых во всех комнатах одинаковая температура». Живя на улице Виктор-Массе, на зиму он всегда переселялся в бельевую, соседнюю с кухней комнату, где хозяйничала Зоэ.


После долгих поисков Сюзанна Валадон, взявшая дело целиком в свои руки, нашла наконец идеальный вариант: просторную квартиру с мастерской на седьмом этаже в доме 6 на бульваре Клиши.


Переезд стал тяжелым испытанием для друзей одинокого старика, не соглашавшегося, чтобы кто-нибудь, кроме него, перевозил его картины и эстампы. Из-за старческих причуд он сам организовывал перевозку своих папок, наняв транспортного агента и ни на миг не отставая от него по дороге от дома к дому. Проделав этот путь несколько десятков раз, Дега истощил последние силы. Тогда он, возможно, все-таки пожалел, что в доме не было лифта.


Когда Дега очутился на бульваре Клиши, все еговоодушевление прошло, и он уже не заботился о том, чтобы основательно устроиться на новом месте. Сотни холстов, пастелей, скульптур, рисунков и гравюр были оставлены там,где их побросали при переезде. Попав в чужую обстановку, не имея сил привыкнуть кней и приспособиться, Дега разбил лагерь на обломках прежней жизни, ожидая смерти. Когда его спрашивали, чем он теперь занимается, он отвечал: «Живопись меня больше не интересует!»


Утром 27 сентября 1917 года смерть положила конец мучениям этого желчного и в общем-то несчастного человека, посвятившего искусству большую часть своей жизни. Тогда война была в самом разгаре, и смерть Дега осталась почти незамеченной.


Тридцать человек пришли проводить его в последний путь на кладбище Монмартра; из старых боевых соратников было лишь двое, Клод Моне и Мэри Кэссет, оба почти слепые. Злая усмешка судьбы: канцелярия президента Республики отправила своего представителя почтить останки того, кто всю жизнь поносил почести, политику и официальные власти, того, кто вдобавок был ярым монархистом…»


По материалам книги Ж.-П. Креспель «Повседневная жизнь импрессионистов. 1863-1883″./ Пер. с фр. Е.Пуряевой. — М.: Мол.гвардия, 1999. — 301[3]с.


Scroll to top